«Монах должен жить так, чтобы все поняли – Бог пребывает среди нас.» Откровенное и искреннее интервью с монахиней Кассианой – настоятельницей монастыря, который строится под Лидой

«Монах должен жить так, чтобы все поняли – Бог пребывает среди нас.» Откровенное и искреннее интервью с монахиней Кассианой – настоятельницей монастыря, который строится под Лидой
Мне всегда было интересно, кто эти люди, которые добровольно отрешаются от внешнего мира? Скажу честно, в глубине души мне почему-то было их жаль. Но после этой беседы моё представление о монашестве перевернулось. Я увидела, насколько в этой их иной жизни много любви, чистоты и красоты. Все благодаря монахине Кассиане (Купаленко), которая еще в 1997 году 17-летней девушкой вступила на монашеский путь. Родом она из-под Витебска, постриг приняла в Полоцком Спасо-Евфросиниевском женском монастыре. Некоторое время жила в Греции, где изучала теологию в Афинском университете. Сейчас она настоятельница Архиерейского подворья в честь преподобного Паисия Святогорца в д. Ольжево (20 км от Лиды) Лидской епархии Белорусской Православной Церкви. Интервью с монахиней Кассианой готовилось долго. От этого каждая мысль здесь неспроста, каждое слово – неслучайно…

– Сестра Кассиана, расскажите, как, когда и почему вы пришли к Богу?

– Я росла в самой обычной многодетной семье, где все были верующими. Я воцерковлена с детства. Родители дали мне жизнь, свою любовь и привили христианскую систему ценностей, за это бесконечно им благодарна. Но я не была идеальным ребенком, жила частенько на своей волне и рано поняла, что этот мир очень толстокожий, и не стоит слишком переживать о том, как видят тебя другие с высоты своего «правильного» опыта. И помню в детстве ощущение присутствия очень живого Бога рядом, который меня слышит и от общения с которым мне очень тепло. Бога, который прежде всего – источник радости.

– Как вы узнали о монашестве? И вспомните, пожалуйста, свое первое впечатление о монахах.

– Я была очень наблюдательной, мне было интересно все нестандартное и необычное. Монахи мне казались настоящими революционерами, жизнь которых строилась удивительно. Такие немного юродивые и сумасшедшие мира сего, в этом своем черном и длинном. Все спят, а они молятся. Все едят и уверены, что и дня без мяса не проживут, они же – никогда не едят мяса и много постятся, при этом хорошо выглядят. В обычной жизни каждый чаще всего «гребет» под себя, там же каждый старается поделиться с тобой последним. В миру близкие родственники нередко ведут себя в отношении друг друга как чужие люди, там по сути чужие люди становятся очень родными и близкими, одной семьей. В обычной жизни как бы тебе «все должны» и надо уметь «поставить себя», там ты всем должен, и чем больше отдаешь себя другим, тем больше получаешь какого-то удивительного внутреннего богатства.

345788.b(строительство монастыря)

– Монахи действительно были совершенно другими людьми?

– Да, мне повезло, в той монашеской общине, которую знала с детства, я увидела по-настоящему красивых людей. Красивых такой красотой, над которой не властен ни возраст, ни морщины, ни болезни, ничего. И главное – я поняла, что такое подлинная свобода и неуязвимость. Это был серьезный прорыв в моей картине мира. Класса с 5-го практически все каникулы я проводила в Полоцком Спасо-Евфросиниевском женском монастыре. Мне очень нравилась там атмосфера, хотя изначально о монашестве для себя я серьезно не задумывалась. Это была середина 90-х, Полоцкий монастырь только поднимался из руин. Из Жировичского монастыря приехали монахини, которые пронесли свое монашество через очень сложный 20 век, через гонения и большие скорби. Это были люди особого душевного склада. Они не говорили нам, молодым, многих слов, они вообще не любили много говорить. Но, глядя на их жизнь и пламенную любовь к Богу, можно было видеть всю красоту монашеской жизни. Находясь среди них, я поняла и почувствовала, что все это мне очень близко, и «я тоже так хочу». И в 17 лет я ушла в монастырь.

– Какие чувства вы испытывали на первых порах? Пришлось ли столкнуться с какими-то испытаниями?

– Было много испытаний в моей монашеской жизни. Были периоды оставленности, как мне тогда казалось, и Богом, и людьми, но я ни разу по-настоящему не пожалела, что выбрала именно этот путь. Местами он довольно тяжелый, но от этого не менее прекрасный. И разве есть хоть один человек, который прожил эту жизнь без испытаний?

345785.b

– Сестра Кассиана, какие навыки и знания вы получили в монастыре?

– Самое ценное знание для монаха – увидеть себя перед Богом таким, какой ты есть, а не каким хочешь порой казаться. И взять правильный курс, исходя из этого опыта. Это процесс всей жизни – долгий, сложный, местами очень болезненный. Главный навык – послушание, которое ведет к подлинной внутренней свободе о Христе.

– Не каждый родитель смирится с решением ребенка уйти в монастырь. Отговаривали ли вас от этого шага?

– Меня никто не отговаривал. Мои родители понимали, что такое монашество, в чем его смысл, и были совсем не против, чтобы кто-нибудь из их детей посвятил свою жизнь Богу. Уже в монастыре я поняла, какая это великая Милость Божия, когда родители не проводят над тобой своих экспериментов, не строят на тебя своих планов и не считают своей собственностью. Мои же родители перед отъездом благословили меня на монашество иконой Спасителя, которая всегда со мной. Поплакали, конечно, вместе, на дорожку, все ведь понимали, что все серьезно. Знаю, что им непросто было привыкнуть, что меня больше нет с ними в нашем доме. Тем более что Полоцкий монастырь в плане организации жизни насельниц – довольно строгая обитель. «Отпуска к маме» не помню, чтобы практиковались, да и я всегда была максималисткой. Не стоит уходить в монастырь, если ты сильно привязан к родным. Монах умирает для мира и всего, что в мире. И это не просто слова, это жизнь.

136961752 413871826495486 6610422112726086522 n( с маленьким прихожанином)

 – А были моменты, когда хотелось уйти? Сталкивались ли с искушениями?

– Куда идти от Живого Бога? И когда это познание для тебя не теория и красивые слова, а опыт реальной жизни? С искушениями все сталкиваются, не только монахи. Такова жизнь. Мне приходилось менять место жительства. Я училась в Греции. 3 года назад из Полоцкого монастыря по благословению священноначалия я переехала в Лиду. Но уйти из монашества – нет, не хотелось. Я счастлива в этом выборе.

– Извините за очень личный вопрос – вы мечтали когда-нибудь о своей собственной семье, детях?

– Я думаю, что у каждого человека, и в миру, и в монастыре, бывают моменты, когда ты поднимаешь глаза к небу и голосом висящего на кресте человека спрашиваешь: «Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?». Это нормально. Для всех. В такие минуты монах может подумать о том, как, наверное, хороша семейная жизнь. Но в такие моменты и семейным людям частенько кажется (знаю из первых уст), что ничего нет лучше монашеской или холостяцкой жизни, и как хорошо было бы бросить все и бежать. Минуты борьбы и искушений для того и нужны, чтобы стало явным, насколько последователен человек в том пути, который избрал, и что он готов ради этого претерпеть. Или не готов. Это, во-первых. Во-вторых, Господь благословил мою жизнь монашеским призванием. Это большое доверие с Его стороны, это дар. Когда тебе так доверяют, было бы странно мечтать о чем-то другом. Более того, я вижу большое лицемерие как в том, чтобы жить с мужем с мечтой о монашестве, так и в монашестве с мечтой о муже. Но я категорически не отношу себя к тем монашествующим, которые ставят монашескую жизнь выше жизни брачной и «снисходительно» сверху вниз смотрят на жизнь в миру. Удивляют меня и те люди, живущие в миру, которые считают, что в монахи уходят неудачники. И брак, и монашество благословенны Богом, и важно уважительно и благоговейно относиться к выбору друг друга. Если кто-то с его выбором не вписывается в нашу картину мира, то это совсем не значит, что с ним что-то не то.

130907680 394316445117691 2644173488651065959 o

– В чем вы видите свою миссию в этой жизни?

– Вопрос о миссии – это вопрос о смысле жизни, в первую очередь. Смысл жизни монаха и мирянина по своей сути не отличаются. Мы все призваны к святости. И мы с вами на этой земле именно для того, чтобы пополнить сонм белорусских святых, как бы пафосно это ни звучало. Совсем не нужно при этом видеть себя с нимбом, изображенным на иконе. Господь сказал нам всем: «Будьте святы, потому что Я свят». И каждый христианин решает для себя, как он будет в своей жизни реализовывать этот принцип. Я выбрала монашеский путь. Точнее, монашеский путь выбрал меня, а я просто стараюсь не сопротивляться.

– Сестра Кассиана, последние несколько лет ваша жизнь и труды связаны с Лидский районом. Как вы попали сюда?

– По инициативе епископа Лидского и Сморгонского Порфирия в Лидской епархии положено основание женскому монастырю. Владыка сам очень хороший монах, любит монашество, понимает, как важно в епархии иметь такое место молитвы. Он поддерживает нас, служит у нас литургии, это нас очень вдохновляет. Я была переведена сюда из Полоцкого Спасо-Евфросиниевского монастыря в качестве одной из первых насельниц, которая возглавит это начинание.

– Вам доверили организацию женского монастыря в нашем регионе. Как вы отнеслись к этой миссии? Пришлось ли столкнуться с какими-то трудностями?

– Отнеслась к этому как солдат, которого перевели на новое место службы. Это скорее не миссия, это одна из поставленных задач. У меня нет грандиозных планов, и я ни на одну секунду не считаю себя человеком, который выполняет некую великую миссию в Лидской епархии. Мое дело – доверять Богу, делая то, что в моих силах. Мы начали строить обитель на пустом месте в лесу и в регионе, где православного монашества не было 200 лет. Это очень смелое решение. Всё наше дело с монастырем – это пока такое маленькое и очень хрупкое начинание на «ладошке» у Бога. Но кроме Него есть ведь и люди, которым Господь дал свободу выбора, активные участники этого процесса, те, кто могут содействовать этому начинанию, а могут противодействовать. Хотелось бы очень, чтобы какое-нибудь толстое и большое бревно не легло поперек нашей дороги. Сейчас мы уже живем полноценной монашеской жизнью, несмотря на все те нужды, бытовые в первую очередь. Христианином, монахом можно быть на голом пню в лесу, было бы желание и жажда Бога.

130143602 392277558654913 5794251121657992613 o

– Расскажите, как образовывалась ваша община?

– Пока всё в процессе. Нашу общину можно условно разделить на две части: приходская и монашеская. Первая состоит из людей, которые приезжают из Лиды и окрестностей помолиться вместе с нами, пообщаться. И в этом каждый находит для себя что-то такое, что подталкивает его вновь и вновь приезжать в наш лес. Еще часть людей я бы назвала нашей «виртуальной приходской общиной». Дело в том, что я веду небольшой блог в Фейсбуке, где рассказываю о нашей жизни и о строительстве обители преподобного Паисия Святогорца. Так мы познакомились с неравнодушными людьми, которые пожелали поддержать нас в нашем деле. Они тоже часть нашей духовной семьи. Монашеская община также потихоньку складывается. Одни уже живут с нами. Другие еще присматриваются, приезжая в выходные. Наш принцип – не спешить и никого не уговаривать. Позвать человека на этот путь должен Господь, а не такой же слабый человек, как он сам. Сам и только сам – каждый должен принять решение и нести ответственность за свой выбор. Мы же, в свою очередь, готовы рассказать о всех радостях и трудностях монашеской жизни.

– Что сделано за это время  в плане строительства монастыря? Что еще предстоит сделать?

– За последний год при помощи Божией, преподобного Паисия Святогорца и неравнодушных людей мы построили небольшой келейный корпус на 15 одноместных келий. Сейчас ведем в нем отделочные работы. Потом хотелось бы начать строительство храма в честь преподобного Паисия Святогорца, которому посвящена наша обитель. Мы не планируем вести непрерывную стройку. У нас не было монашеских келий, мы их построили. Нет храма, тоже собираемся строить. Пока это все, что мы планируем.

– Монастырь нуждается в какой-то помощи?

– Обители может посильно помочь каждый желающий пожертвованием, мы очень будем признательны. Ящик для сбора средств на строительство обители имеется и в Лиде в кафедральном Свято-Михайловском соборе по адресу: ул. Советская, 20.

 – Расскажите про само по-дворье. Из чего состоят ваши будни? Каков распорядок дня?

– У нас небольшое монашеское поселение в уединенном месте в лесу неподалеку от деревни Ольжево. Начало его основанию положено в 2018 году.

Подворье по своему внутреннему укладу подобно общежительному монастырю с общим богослужением, общей трапезой, общими трудами и имуществом. Основными занятиями сестер являются молитва и необходимый труд.

Наш распорядок дня таков – с 6 утра до 9.15 время, посвященное утренней молитве. В 10.30 – ранний обед. Далее послушание. 14.00-15.00 – отдых. 15.00-17.20 – послушание. 17.20-17.45 – ужин. 18.00-19.30 – вечернее богослужение. Далее личное время для уединения, чтения и молитвы. Есть возможность ночной молитвы, но это по желанию каждой из нас.

– И напоследок. Сестра Кассиана, как вы думаете, чего ждут современные люди от монахов?

– Мир ждет от монахов того, к чему они призваны самим Господом – жизни в Боге. Преподобный Силуан Афонский говорил: «Как монах, я должен жить так, чтобы все поняли, что Бог «есть Сущий», что Он пребывает среди нас. К этому-то и призвано существующее монастырское братство и каждый отдельный монах».

Последнее изменениеСреда, 03 февраля 2021 15:36
Наверх

Принеманские вести

 © 2009-2019 Принеманские вести. Все права защищены. 
Полное или частичное использование материалов газеты и сайта допускается только с разрешения редакции.

Яндекс.Метрика

Принеманские вести. 2019

Войти на сайт через социальные сети.