«Можно жить в маленьком городе и делать большие дела»
32-летний Егор Салин – слэб-мастер из Березовки, он делает столы из эпоксидной смолы и зарабатывает на них тысячи рублей. Человек, который жил в Европе и столице Беларуси, но сделал выбор в пользу звездного неба и величественно текущего Немана рядом. Его дом стоит в лесу.
«Если ты сдался – ты проиграл. Пока у тебя есть силы, и ты можешь идти, работать над собой – ты не в проигрыше», – говорит герой материала.
«Делаю только то, что мне нравится»
В школе Егор учился хорошо, на девятки. После 11 класса отучился на инженера‑строителя в Брестском техническом университете, но в профессии не остался.
Несколько лет работал в Италии, некоторое время занимался грузоперевозками. Затем купили с родителями, они тоже предприниматели, передвижную пилораму. Егор говорит: «И вроде все хорошо, но в 26 лет пришло бешеное желание заняться тем, что действительно интересно».
2020 год – санкции, эксклюзивных вещей из Европы не привезти. И это сыграло в пользу моего стартапа – я стал учиться делать столы из эпоксидной смолы. Вскоре пошли первые клиенты.
Егор честно признается: он не берется за заказы, которые ему не нравятся. Говорит: «Я делаю только то, что мне нравится. Не только в работе, но и по жизни: у меня отец рыбак, постоянно рыбу ловил, а мне это было неинтересно. Хотя у меня и дед был рыбаком, а прадед и вовсе промышленным отловом занимался, сам сети вязал, рыбу в рестораны поставлял… А прошлом году я проплыл с отцом на лодке, понравилось. И теперь я уже и без отца часто рыбачу, часто беру с собой жену и сына… Вот и с работой так: ты жизнь свою отдаешь на то, что делаешь. Вот я восемь часов делаю кому-то стол, и, условно говоря, я закладываю свое ощущение этого времени. Я могу делать работу ногой, могу делать рукой, а могу делать это с душой. Я изначально понимал, что я не хочу делать то, что мне не приносит удовольствия. То есть просто ради денег я заказы не беру. Вот один из масштабных заказов был: гигантский стол 3,60 на 1,20 метров, он в районе 250 килограммов весил».
«Каждая ошибка бьет по карману»
Егор рассказывает: «В работе с деревом самое важное его понимать, потому что его очень сложно стабилизировать. Надо где-то чувствовать, где-то отбраковать. Долго этим занимаюсь, поэтому уже есть опыт во всех процессах. Когда я начинал, конечно, были ситуаций, которые могли заставить опустить руки. Это все равно такой путь проб и ошибок. Вот случай был на старте моей деятельности. Прихожу утром проверить стол — а 15 килограммов смолы утекли через какую‑то дыру. Килограмм стоит около 50 рублей. Или, допустим, муха застыла в смоле…Каждая ошибка бьет по карману».
Егор рассуждает: «И в самых неприятных ситуациях важно, как ты будешь из них выходить и насколько ты готов работать над собой. У меня ни отец, ни дедушка никогда не боялись неудачи, скорее воспринимали это как неудавшуюся попытку. Всегда можно сделать вторую, третью, четвертую. И такого не бывает, что ты проиграешь. Ты же играешь сам с собой и как бы ты сам решаешь, в какой момент ты проиграл. Когда ты сдался, ты проиграл. Вот и, пожалуй, самое важное, чему я хотел бы научить и сына – это учиться. Объяснить, что любое обучение складывается из череды попыток, удачных и неудачных, и когда ты к этому правильно относишься, тогда у тебя боевой дух всегда присутствует и ты всегда побеждаешь».
«Стол может стоить и 2 тысячи рублей, и 12 тысяч»
Столы, которые делает Егор, объективно стоят дороже, чем фабричные. Потому что это долгая и кропотливая работа. Плюс сама стоимость материала.
«Я постоянно ищу красивые заготовки. В основном я их все привожу из Нальчика, это за 2000 км от нас, там растет такое дерево карагач, которого у нас нет. В каких-то проектах только одна доска может стоить 4 или 5 тысяч рублей. Вот есть заготовка, и моя основная работа не испортить её, а подчеркнуть то, что пыталась природа донести. Это, наверное, и есть такая частичка философии. Здесь в принципе всё уже создано до меня. Искусство ли это? Наверное, да, но я к этому такое посредственное отношение имею», – говорит Егор.
Сколько занимает процесс изготовления одного стола? Егор рассказывает: «Например, журнальный столик – это быстро, может быть 20 рабочих часов в сумме, столешница – 80 часов могут занят непосредственно манипуляции. А так, конечно же, все зависит от масштаба заказа. Иногда только лить смолу могу девять дней. А еще потом из шприца проливать каждую трещинку — и это будет долговечно».
Егор рассказывает еще немного про процесс: «На первые заработанные деньги купил профессиональные шлифмашинку и пылесос — без них никуда. А база — это советские станки. Поверьте, ничего надежнее нет. Искал по всей Беларуси, справляются на ура. Отдельные виды работ выполняют подрядчики. К примеру, приходит заготовка, отвожу ее в сушку — дерево сушится до полутора месяцев при 65 градусах. Затем этап термомодификации — сушки в спецкамере при 170 градусах, потом — калибровки. Ну а дальше я чищу заготовку от коры, распиливаю, выхожу на связь с клиентом, чтобы согласовать рисунок стола. Заливка, шлифовка…».
«Я всегда хотел именно так жить…»
После учебы в Бресте, жизни в Европе, затем в Минске, Егор вернулся в родную Березовку, подальше от суеты.
«У меня все отсюда…, – говорит парень. – Моя прабабушка родом из-под Смоленска, из поселка Краснознаменский, где также находился стеклозавод. Но во время войны его разбомбили, поэтому многие жители той местности переехали после войны в Березовку на стекольное производство. Бабушка моя тогда еще совсем маленькой была, она 1942-го года рождения, после окончания школы тоже трудилась на стеклозаводе. А вот прабабушка потом стала в Березовке руководящим партийным работником».
Сегодня Егор с женой и 3-летним сыном Глебом живут в доме на берегу Немана, рядом лес и ни одного соседа на полкилометра. Егор говорит: «Этот дом когда-то купили мои родители. Пользовались им как дачей. Когда у нас с женой родился ребенок, встал остро жилищный вопрос. Решили попробовать в этом доме пожить, стали делать ремонт. Мы сделали ремонт, приехали переночевать ещё в такое, не оформленное до конца жилье, только диван стоял. Переночевали и больше в город не вернулись. Здесь никого нет, вот только приезжает машина мусор забирать и, в принципе, даже почтальоны не приезжают, они звонят». Егор добавляет: «Я всегда так, честно говоря, хотел жить. Просто мне повезло очень сильно с женой. Она тоже разделяет мои убеждения, у нас общий кайф, ей тоже очень нравится посмотреть на звездное небо, посидеть в шезлонге, что-нибудь пожарить на улице. У нас с женой здоровое партнерство во всех делах, и я считаю, что мы лучшие друзья друг для друга в первую очередь».
Сейчас на своем участке Егор строит еще и гостевой домик. Потому что друзья и близкие нередко сюда заглядывают. «Собираемся, веселимся, играем, поем, я играю на гитаре, барабанах, фортепиано. Я стараюсь жить, веселиться, что-то делать новое и не закрываться, не ограничивая себя ни в общении, ни в знакомствах».
Егор подытоживает: «Я удаленщик относительно больших городов и какой-то суеты. Считаю: можно жить в маленьком городе и делать какие-то большие дела».
